Рассылка новостей



Публикации

Архив публикаций

Талгар. Западная Стена. 1953г.

25 Июль 2009

В ясный безоблачный день с окраин Алма-Аты на юго-востоке на фоне синего неба виден прочерченный тонким контуром трехглавый массив, покрытый вечными снегами и льдом. Этот массив и белоснежная цепь хребта Заилийского Алатау привлекают внимание каждого, кто бывает в этих местах. Три куполообразные вершины массива Талгар ( «Талгар» — широкий, широкое место (казах.)) покрыты мощным снежно-ледовым панцирем. Главная из них — средняя, высотой в 5017 м — высшая точка Заилийского Алатау.


Талгарский массив

Одно из первых описаний Талгара («Талгарнын-тал-чеку») принадлежит П.П. Семенову-Тян-Шанскому. Началом альпинистского освоения Талгара нужно считать лето 1938 г., когда группа альпинистов г. Сталинска — Л. Катухтин, Г. Макатров и И. Кропотов — впервые поднялась на главную вершину массива по северо-восточному гребню через северную вершину. Летом 1940 г. автору этих строк довелось быть в ущелье Левого Талгара, и тогда же у него с Г. Макатровым возникло намерение совершить траверс Талгарского массива. Встреча с Г. Макатровым, его рассказ о восхождении и желание присоединиться к группе усилили наше стремление пройти по намеченному маршруту.

К пяти часам вечера в августе 1940 г. в снежную пургу мы прошли северную вершину, а затем в просторной впадине между северной и главной вершинами обнаружили под снегом небольшое озерко, знакомое нам по рассказу Макатрова. На месте разрушенных скал, подальше от склона, мы заложили записку в сохранившийся поныне большой каменный тур. Поднявшись на главную вершину Талгара и впервые спустившись с нее по юго-восточному гребню на плато ледника Корженевского, мы благополучно закончили первый траверс массива. Осенью 1943 г. группа Д. Горина в составе М. Аграновского, А. Ерохина, Ю. Менжулина, А. Томберга и П. Кривенцова, поднявшись на Талгар по пути нашего спуска, обнаружила эту записку.

Дальнейшие попытки нескольких групп пройти вершины Талгара оканчивались неудачей, и только в 1949 г. альпинисты лагеря «Металлург» под руководством Ф. Лемстрема совершили второй траверс Талгара с подъемом по северо-западному гребню и спуском на юго-восток. В 1951 г. группа А. Алексеева провела траверс с юго-запада на север, поднявшись на южную вершину из «провала» между южной и западной вершинами и спустившись по северо-восточному гребню.

За тринадцать лет, с 1938 по 1951 г., было пройдено четыре маршрута: с северо-востока, северо-запада, юго-востока и юго-запада. Интересные для альпинистов маршруты с юга на южную вершину, с востока на главную вершину, с запада на все три вершины Талгара до 1953 г. оставались непройденными. Перечисленные пять основных, совершенно самостоятельных маршрутов, отличающихся большим разнообразием рельефа (склоны, гребни, стены) и покрова (снежный, ледовый, скальный), степенью трудности, говорят о том, что пятитысячный массив может быть отличным альпинистским «стадионом». До сих пор полное освоение Талгарского массива нельзя считать законченным, остаются непройденными четыре маршрута.


Западная Стена. 1953г.
Из дневника В. Пелевина:

… За последние двадцать дней погода в горах была плохой, низко нависшие тучи каждый день приносили дождь. Только в первых числах августа по едва заметным признакам можно было предугадать окончание непогоды.

Мы приехали в Алма-Ату в середине дня, чистое небо уходило к северу, в опаленную солнцем Илийскую долину. Только на юге плотная стена облаков у цепи гор закрывала горизонт. К вечеру мы должны были добраться до перевалочной базы в ущелье Среднего Талгара, куда накануне выехала наша вспомогательная группа.

На следующий день все участники экспедиции и караван нагруженных вьюками лошадей двинулись вверх по ущелью р. Средний Талгар.

Начался дождь. По временам ливень загонял нас под укрытие густых крон елей. Когда небо расчищалось, можно было продолжать движение по берегу реки к встающим из мутной пелены облаков мощным отрогам гор.

11 августа, распростившись с гостеприимным лагерем «Металлург», где мы остановились по пути, отряд спартаковцев ушел к подножью Талгарского массива.

Через два часа хода мы разбили свой базовый лагерь на зеленой поляне, против скрытой в облаках грандиозной западной стены Талгара.

К вечеру снова открылось голубое небо, облака начали редеть. Медленно сползая вниз по склонам, они открыли, наконец, спрятанные за их покровом вершины. 13 августа штурмовая группа (заслуженный мастер спорта В.С. Пелевин, мастера спорта В.Л. Рубанов, В.А. Нагаев и перворазрядник К.Ф. Королев) вышла вверх по леднику Северный Талгар к подножью западной стены массива.

В базовом лагере остались начальник вспомогательного отряда В.Д. Клочко, врач Л.И. Абросимова, радист Г. Бобкова и группа разрядников.

После долгого ненастья в чистом голубом небе ярко светит солнце. Медленно поднимаясь по морене, долго видим провожающих нас друзей. Расстояние быстро увеличивается, фигурки людей и палатки сливаются с каменистым фоном долины, и только в бинокль видно, что оставшиеся еще долго смотрят нам вслед.

Жарко, солнце высоко стоит над головой. Узкая полоса ледника с обеих сторон зажата высокими скальными стенами. Они покрыты льдом и настолько круты, что справа и слева видны следы падающих камней, прочертивших полосы по всей ширине ущелья.

К трем часам дня достигли ровной средней части ледника и остановились для ночевки за большим камнем. Отсюда хорошо видна вся стена и намеченный нами маршрут подъема по ней на северную вершину.

До сумерек подробно просмотрели весь скальный контрфорс, отходящий от северной вершины на запад, выяснили наиболее вероятные места камнепадов и лавин, окончательно избрали трассу подъема.

Величественный массив вершин Талгара не менее популярная цель приезжающих в Казахстан альпинистов, чем, например, район Безенгийской стены на Кавказе. Здесь, так же как и на Кавказе, после того как были пройдены пути к основным вершинам, начались поиски более сложных маршрутов, подъемы по тем трассам, которые позволяли проверить растущее мастерство и зрелость восходителей. К числу таких маршрутов следует отнести и путь по западной стене на северную вершину Талгара.

Осмотр стены убедил нас в том, что наиболее трудными участками маршрута будут: 1) начало стены, подъем по нижней ее части высотой до 300 м и крутизной в 75-80°, особенно сложной в верхнем участке, сглаженные скалы которого не давали возможности найти проход к башне, возвышающейся над стеной; 2) вторая, средняя стена, высота которой определялась в 120-150 м.

Просмотреть детали пути из-за большой высоты не представлялось возможным. Было ясно, что узкий фронт стены до 100 м не позволит свободно маневрировать и выбирать путь на месте. Другой серьезной трудностью маршрута был большой перепад высот — 1900-2000 м — от основания стены (подгорная трещина) до вершины.

Выход по скально-ледовому гребню на снежную шапку вершины не внушал опасений. Нижняя часть маршрута по крутому (50-55°) снежно-ледовому поясу до выхода под стену протяженностью в 800-900 м была особенно опасной из-за лавин, сходящих слева и справа, из боковых кулуаров; здесь можно двигаться только ранним утром. Осмотр закончен. Но и устанавливая палатку, мы не прекращали наблюдать в бинокль за всем фронтом стены.

Для наиболее тщательного изучения маршрута следует использовать светотеневой метод, чтобы «прочувствовать» рельеф стены. В разные часы солнце изменяет расположение теней от выступающих участков, и при внимательном наблюдении в течение всего дня удается точно выяснить особенности рельефа. 14 августа проснулись еще в темноте. Ночь была холодной, кругом все сковано морозом. Выглянув из палатки, видим всю стену, высящуюся прямо перед нами; все тихо, яркие звезды рассыпаны по еще темному небу.

Уложив рюкзаки, в 6 часов утра тронулись в путь. Штурм Талгара начался!

Пройдя верховье ледника, пересекли подгорную трещину и вышли на небольшой участок скал ледового пояса. Скалы представляют собой сглаженные лавинами и камнепадами плиты и «бараньи лбы» и почти сплошь покрыты прозрачной тонкой корочкой льда. С самого начала идем в связках попарно: Пелевин — Нагаев, Рубанов — Королев. С первых же шагов приходится идти очень осторожно: трещин для забивки крючьев нет. Сто метров подъема по такому участку потребовали большого напряжения. Выйдя на верхний край плит, закрепляю веревку, по которой быстро поднимаются остальные.

Склон крутизной до 55°, казавшийся снизу снежным, оказался ледовым; снег покрывал его слоем толщиной всего 10-20 см. В жаркое лето этот склон, очевидно, должен быть чисто ледовым. Движемся на кошках. Одновременное движение связок вначале, где тонкий слой снега еще позволял выбивать ступеньки, через 100-150 м замедляется: крутизна увеличивается, толщина слоя снега уменьшается. В ход пущены ледоруб и ледовые крючья, без которых продвигаться здесь невозможно.

Мы стремимся возможно быстрее пройти место стыка двух кулуаров, огибающих стену слева и справа, чтобы очутиться под защитой самой стены. Хорошая физическая подготовка участников, проведенные нами тренировочные восхождения позволяют удерживать высокий темп безостановочного движения. Солнце, вероятно, поднялось высоко; над нами ясное голубое небо, но мы находимся на западном склоне, где лучи солнца появятся лишь после полудня. Поэтому здесь еще холодно, но все мы обливаемся потом от непрерывного движения и работы ледорубом.

Медленно, но упорно приближаемся к скалам; они крутым выступом тянутся сверху от самого основания стены. Добравшись до них, мы оказываемся в сравнительной безопасности. Нависшие сверху скалы защищают от падения камня и льда.

Нас радует Константин Королев, который впервые участвует в таком трудном восхождении. Он идет все время последним, но каждый, кто преодолевал ледовые склоны, знает, что последнему достается не меньше, чем первому: немалой силы, сноровки и терпения требуется, чтобы выбить глубоко сидящие во льду крючья.

Огибая слева отходящий вперед скальный выступ, поднимаемся все время по льду, лишь изредка приближаясь к скалам, чтобы забить крюк для страховки.

Во второй половине дня, когда группа подходила к верхней части скального выступа, под основание стены, солнце уже хорошо прогрело всю стену, особенно ее вершинную часть, местами покрытую снегом и льдом. По ледовому желобу и Кулуару, правее и левее стены, начали срываться камни. Их падение обрушило небольшие снежные лавины, они уходили вниз, огибая и нас и скальный выступ.

Прошло не менее восьми часов непрерывной работы без отдыха; на смену выходят вперед Рубанов и Королев. Очень осторожно обрабатывают они последний, самый крутой, ледовый участок протяженностью до 100 м; снег и осколки льда летят на нас сверху. Наконец, с большим мастерством Рубанов взбирается со льда по скальному отвесу и исчезает за перегибом. На наши вопросы Рубанов не отвечает, видимо, не слышит. Только равномерное движение веревки вверх говорит о том, что он продолжает движение. После долгих минут ожидания сверху слышится, наконец, радостный возглас: «Готово! Поднимайтесь, веревка закреплена».

Один за другим поднимаемся наверх, подойдя вплотную к основанию стены. На небольшом снежном плече, примыкающем к ее основанию, удается срубить часть снежно-ледового гребня, разровнять хорошую площадку и закрепить на крючьях палатку.

Десять часов работы дают себя знать. Изрядно уставшие, с великим удовольствием забираемся в палатку. Солнце освещает наш бивак до самого заката, вскоре становится холодно. Но это не беда. После большого физического и морального напряжения палатка, прилепившаяся к краю стены, шумящий примус с закипающей едой и сухие спальные мешки предвещают хороший отдых.

Поздно вечером разыгрывается непогода, «талгарская»,знакомая мне еще по 1940 году. Порывы ветра с ревом приближаются снизу по стене, вначале их вой слышится издали, ветер в течение нескольких минут дует со все нарастающей силой, потом наступает очередное краткое затишье.

Ураганный ветер наметает тучи снега, засыпая палатку. Всю ночь группа провела без сна: порывы ветра настолько сильны, что мы вчетвером еле удерживали подпиравшие палатку ледорубы. Несмотря на то что и палатка и все мы были прикреплены веревкой к вбитым в скалы крючьям, опасность, что палатку сорвет, представлялась вполне реальной. Днем ветер утих, но снегопад и туман заставили группу не покидать палатку: подниматься по скальной стене крутизной до 80° в такую погоду невозможно. Ветер, бушевавший и вторую ночь, заставил нас снова нести дежурство. Лишь к утру 16 августа утихло, в про¬светах быстро несущихся облаков временами появлялось голубое небо, на западе показалась далекая кромка облаков.

— Погода будет, — уверяет Рубанов.

Пишем контрольную записку, прячем ее в консервную банку и закладываем в тур первопроходителей маршрута.

В 11 часов начался штурм стены. В нижней части крутизна ее равна 75-80°, высота 300 м. По сильно сглаженым скалам с малым количеством зацепок невозможно подниматься без крючьевой страховки. Расщелины, горизонтальные полки и плиты покрыты льдом, на многих участках скалы протяженностью по 10-15 м настолько сглажены, что подъем на каждую из них занимает по два-три часа. Обхода нет. Как мы указывали, одна из причин, усложняющих прохождение стены, — та, что ее скальная часть не шире 100 метров. Границами справа и слева служат вертикальные желоба. С середины дня погода улучшается, на небе ни облачка, но скалы даже далеко за полдень остаются холодными, начинать движение приходится поздно утром, теряя лучшие часы. Несмотря на хорошую физическую подготовку, тренированность и слаженность работы обеих связок, мы движемся на этом трудном маршруте довольно медленно. За целый день непрерывной работы в течение десяти часов мы смогли подняться всего лишь на 200-220 м по высоте, забив на пути для страховки 26 скальных и 4 ледовых крюка.

Чтобы не свалить камни друг на друга, обе связки идут уступом, так же идут и оба альпиниста в каждой из связок. Рельеф стены таков, что на протяжении 220 м подъема нам удается только в двух местах собраться вместе.

Солнце уже опустилось к горизонту, еще 30-40 минут, и будет темно. Температура воздуха быстро понижается. Нужно поскорее подыскать место для ночлега, найти до наступления темноты трещины в скалах, чтобы забить крючья. Но нигде, ни справа, ни слева, ни ниже, где выжидают Рубанов и Королев, нет места хотя бы для сидячей ночевки. Делаем попытку подняться на 8-10 м, руки закоченели, но в рукавицах работать нельзя: незначительные неровности скал, покрытые льдом и снегом, можно использовать для зацепок только голыми руками. С максимальной осторожностью, стараясь в то же время работать побыстрее, взбираюсь на небольшой уступ. Удается надежно забить в скалу три больших ледовых крюка, навесить веревку и привязаться к ней. Сидим без палатки по двое, я с Королевым, Рубанов с Нагаевым; сидеть приходится без движения, в довольно неудобном положении, боясь заснуть, чтобы не сорваться…

После целого дня трудной работы на стене все устали, утих даже Рубанов, неистощимый рассказчик бесконечных историй. Невольно задумываемся о предстоящем нам неизвестном пути, тем более что возможности прохождения именно этой части стены остались неясными при изучении маршрута снизу. Покидая место ночевки, оставляем контрольную записку в расщелине скалы.

В 10 часов утра, траверсировав влево от места ночевки при тщательной страховке Нагаевым, вхожу в ледовый желоб. Начался труднейший участок пути: подъем на 20-25 м по узкому (1,5-2 м) желобу. Кое-где удается забить в боковые скалы крючья и подняться, вырубая ступеньки во льду. Этот участок потребовал 2,5-3 часа работы. Зная, что товарищи мерзнут без движения, стараюсь поскорее выбраться из желоба. Еще одно усилие, еще шаг… другой, выбираюсь на более пологое место. Здесь есть скальный уступ, быстро забрасываю на него веревку; один за другим поочередно поднимаются Нагаев, Рубанов и Королев. Мы не знаем, что ждет нас впереди, но чувствуем, что миновали ключевой участок стены.

Пройдя траверсом вправо скальную полку длиной в 30 м, пересекаем тридцатиметровый участок крутого льда, где приходится рубить ступени. Поднимаемся на 15-20 м по скальной стене и попадаем к истокам правого ледового желоба. Еще 15 м подъема по скалам желоба, и, наконец, мы достигаем залитого солнцем небольшого скального плеча, которое хорошо было видно снизу.

Удобное место для бивака: безопасно от камнепадов и можно хорошо разместить две палатки. После трудного пути и бессонной ночи отдыхаем больше часа. Итак, нижняя, самая трудная часть стены пройдена! Мы подошли к основанию башни скального контрфорса.

Солнце согревает нас, продрогших в тени на западной стороне. Снимаем все теплые вещи. Нельзя и желать лучшей погоды: бесконечное голубое небо. Пытаемся рассмотреть в бинокль место нашего базового лагеря, увы, — он слишком далек, и наши наблюдатели вряд ли смогут заметить наши фигуры на желтых скалах.

Нужно двигаться дальше. Вчетвером складываем тур и закладываем в него очередную контрольную записку. Дальнейший путь идет траверсом по скальной полке башни, затем поднимаемся по расщелине вдоль ее правой стороны. В узкой расщелине встречаем натечный лед, приходится перейти на правое скальное ребро, довольно крутое (50-60°). Но на таких сухих теплых скалах чувствуешь себя увереннее. После подъема на две веревки выходим на участок, где ребро не заканчивается небольшим уступом.

Впереди видна нижняя часть ледово-скального кулуара (в верхней части кулуар поворачивает влево и отсюда не просматривается) до 15 м шириной. В средней части кулуар суживается до 2 м, а выше — опять расширяется, достигая 10м. Дно кулуара от узкой горловины и почти до самого верха покрыто льдом, необходимо рубить ступени и организовывать крючьевую страховку. Кулуар на всем протяжении сохраняет крутизну до 50°. Путь опасен, свободно лежащие камни нетрудно сбить веревкой или ногой при любом неосторожном движении. Используя угловые выступы стен, двигаемся от укрытия к укрытию, собираясь всей группой в наиболее безопасных местах.

К 18 часам по наклонной скальной плите, которой заканчивается вверху кулуар, поднимаюсь на небольшую площадку. За мной следует Нагаев, затем Королев и Рубанов. На гребне дует сильный холодный ветер.

Вверх уходит гладкая вертикальная стена «жандарма», и только левее на 10-12 м, выше нас, виднеется засыпанное снегом плечо.

Выйдя по гребню почти на 15-20 м, поднимаюсь на это плечо по стенке крутизной в 75-80°. Временами дальнейшее движение кажется невозможным, гладкие заснеженные скалы очень трудны, руки коченеют, но сознание, что только впереди, может быть, найдем площадку для отдыха стоящих внизу и мерзнущих на холодном ветре товарищей, заставляет идти вперед. Снизу плечо казалось хорошей площадкой, на самом деле это всего лишь наклонный участок с северной стороны «жандарма», острые камни выступают из-под снега. Палатку поставить здесь не удастся.

Срубив часть снежно-ледовой поверхности, закрепляем на крючьях переднюю сторону палатки и привязываемся к вбитым в стену крючьям. Мы рады и этому пристанищу, хотя холодный, пронизывающий ветер напоминает первую ночевку на стене.

Два дня и две бессонные ночи на стене утомили нас, и мы мгновенно засыпаем; только утром следующего дня, проснувшись, вспоминаем о пище. 18 августа начали штурм средней стены, круто уходящей вверх под 60° на высоту 120-150 м.

Страхуясь через скальный крюк, вырубая во льду ступени, траверсируем слева стену «жандарма» и спускаемся на 10 м в узкий кулуар, пересекая его. Стена круто и далеко уходит вниз, спускаясь в кулуар. Из кулуара прямо вверх по стене удается подняться только на 30 м, дальше начинается вертикальная часть стены. Выхожу на всю веревку, на крючьевой страховке взбирается ко мне Нагаев, затем мы траверсируем вправо, до скального угла по наклонной трещине. Только после этого начинает двигаться вторая связка. Сегодня замыкающим идет Рубанов.

Большая крутизна (75-80°) гладких скал вызывает необходимость тщательной страховки и требует для их преодоления больших усилий. Первовосходителей на маршруте всегда волнуют три основных вопроса: проходимость маршрута, организация надежной страховки и неприятная перспектива зайти в «тупик», откуда придется возвращаться, теряя время.

После 50-60 м подъема достигаем скального уступа, напоминающего «бараний лоб». Направо он обрывается вертикальной 200-метровой стеной, налево примыкает к гладкой стене башни; другого пути нет, придется двигаться вдоль нее.

Спустившись с уступа на 5-6 м по веревке и используя примыкающую к стене узкую (0,5 м) кромку льда и снега, мы смогли траверсировать стену. Отсюда по уступам поднимаюсь на 15-20 м и достигаю гребня, которым заканчивается вторая стена. За мной быстро поднимается вся группа. Короткий гребень в 20-30 м приводит к глубокому провалу, за которым поднимается третья стена высотой 400 м со средним уклоном в 45-50°.

Долго стоим, выбирая путь подъема. Заснеженные скалы стены широким фронтом стоят перед нами. Уже около часа дня, нужно поторапливаться, — по моим расчетам, сегодня мы должны ночевать на вершине. Верхняя стена трудна только в нижней части. За час мы смогли подняться на высоту 150 м, преодолев участки наклонных плит. Подъем заканчивается выходом на скальный гребень, который по снежным кулуарам и расщелине выводит к началу предвершинного скального гребня.

Все трудности подъема позади. Впереди — горизонтальный участок (120-150 м) скального гребня, он очень узок, не шире двух ладоней с обрывающимися вправо и влево крутыми стенами. Сильно разрушенные скалы гребня переходят в пологий снежно-ледовый склон купола северной вершины. Отсюда до вершины час пути.

Мы отдыхаем перед последним, завершающим и довольно легким этапом, подробно рассматривая маршрут подъема по северо-западному гребню через Ийинь-Тау («Плечо-гора») к северной вершине Талгара, и никем еще не пройденный маршрут по скальному контрфорсу западной стены на главную вершину. Ийинь-Тау неправильно называют вершиной; это довольно ровное скальное плечо, покрытое снегом и примыкающее с севера к снежным склонам вершины Талгара.

Хотя на высоте около 5000 м труден каждый шаг, но с каким возбуждением, радостью и приливом новых сил, казалось бы исчерпанных за четыре дня опасного и трудного пути, мы поднимаемся по снежному куполу. В 16 ч. 30 м. мы на северной вершине Талгара. Траверсировав ее снежный купол, через полчаса достигаем впадины между главной и северной вершинами, где четырнадцать лет назад мне, Г. Маслову и Г. Макатрову посчастливилось заложить первый тур на Талгаре.

Вечереет. Ветер тянет снизу по стене облака, вырывается на купол вершины, крутит поземку.

Последний взгляд на юг, на необъятную панораму гор, и группа начинает спуск по юго-восточному гребню на плато ледника Корженевского.


1953г.

Автор:
В. Пелевин
Источник:
<a href="http://www.morena.kz" target="_blank">www.morena.kz</a>
---